Пусть даже бронзовые горы растают, как свинец,
Без чести мы не уйдём ни из жизни, ни из битвы
Этим вторым имамом Дагестана стал Гамзат-бек из рода аварских ханов. Гамзат — в полном смысле слова идеалист, человек чрезвычайно суровых и кровавых дел — попрал ногами ханское достоинство своего рода, а также чины, ордена и деньги, которыми осыпал его русский царь, бросился в ряды восстания и, присягнув Гази-Мухаммаду, стал его величайшим наибом и задушевным соратником Шамиля.
Шамиль, лежавший на тяжёлом одре болезни, узнав об этом благом избрании, обрадовался как ребёнок и возблагодарил своего Аллаха за то, что [Гамзат] удостоится этой чести. Гамзат, беспредельно суровый в своих действиях и беспощадный к тем, у кого замечал малейшее небрежение к главным принципам национальной революции и к шариату, начал свою деятельность с хищной орлицы — аварской ханши по имени Баху-Бике, самого непреодолимого препятствия на пути революции.