Постепенное завоевание Анатолии
Таким образом, тюрки для того, чтобы взять под свое господство Измит, захватили область Битинию. По словам дочки византийского историка Комненоса I – Анны Комнена, в то время вся Анатолия от пролива в районе Черного моря, пролива Дарданелл, Эгейского моря до Средиземного моря, залива Анталия и до Аданы находилась в руках у тюрков. Часть войска тюрок разместилась, создав гарнизоны. Вместе с восхождением в Стамбуле на престол нового императора беды Византии не закончились. Необходимо было разобраться с генералом Н.Бриенносом, в 1077 году провозгласившим себя императором и перевернувшим с ног до головы Балканы. Странно но, в Анатолии Ботаниатесу помогали Сельджукские тюрки, а в Румелии Бриенносу помогали тюрки печенеги. Печенеги, взяв в осаду в 1055 году город Едирне, увеличили давление на Тракию и также как и их сородичи в Анатолии, пользовались положением Византии и вмешивались во внутренние дела этого государства. В войске Н.Бриенноса, кроме большого количества печенежских воинов, были еще и «Тюрки» (туркмены).
Против мятежников со Стамбула был отправлен Алексиос. Однако, не доверяющий византийским воинам император Ботаниатес попросил у рода Куталмышоглу, если появится необходимость, помочь ему. В битве при Джалабрии между Алексиосом и Бриенносом византийцы были разбиты, но подоспевшие вовремя силы Сулейманшаха изменили судьбу этой войны. Сельджукские всадники, напав с трех сторон взяли, Бриенноса в плен.
Как видно, Византия подверглась давлению тюрок, как с Анатолии, так и с Балкан, и по причине этого, государство сотрясали конвульсии. Однако, в Европе давно заметили, что Византия движется к такому состоянию. С точностью, заметив последствия, которые могут возникнуть для христиан, в результате беспрепятственного вхождения тюрок в Анатолию после Малазгиртской войны, Папа Грегориус VII в письме, написанном 9 июля 1074 года императору Византии, указал, что настало время, договорится двум церквям – православной и католической. 2 февраля и 1 марта 1074 года он направил всем христианам письма с призывом пойти навстречу Михаелю.
Грегориус в этом призыве, который считается первым сигналом к крестовым походам, обратил внимание на «опасное» продвижение тюрок, жестоко осудил мусульман за то, что они резали христиан «как стадо овец» и заявил, что для того, чтобы спасти братьев по вере, необходимо помочь греческому императору в борьбе с тюрками. Этот сигнал, по причине разногласий между Папой и романо-германским императором Генри IV, не произвел какого-либо действия.
Сулейманшах и его брат Мансур, который постоянно находился при нем, еще во время разрешения вопроса Бриенноса, считали себя хозяевами Анатолии вплоть до пролива Босфор. Для того, чтобы закончить свои завоевания, Сулейманшах со своей ставки в окрестности Кутахьи отправил туркменских беев и вождей из своего окружения на запад и север Анатолии. В это время, случилось одно событие, которое потребовало вмешательства Султана Меликшаха – начало междоусобицы между сыновьями Кутулмуша. Мансур потерпел поражение и сбежал в Стамбул.
Узнав от Сулейманшаха о случившемся, Меликшах отправил в Стамбул посланника с требованием выдать беглеца. Однако в это время Мансур возвращается в Анатолию и опять вступает в борьбу со своим братом. Султан, чтобы прекратить распри между братьями, отправляет в Анатолию одного из великих полководцев Порсука, и в битве Мансур был убит. После окончания этих распрей, туркменские племена, кроме тех беев, которые вошли в окружение правителя Сирии Тутуша, признали господство Сулейманшаха и он, после того как получил от Меликшаха право господствовать на территории Анатолии, стал единым владыкой Анатолии. Халиф Аббасидов послал Сулейманшаху знамя и халат (Hil’at) и дал ему прозвище «Насыр’уд-девле Ебу’ль-феварис». А за то, что Сулейманшах побеждал на немусульманских территориях, он получил прозвище Гази.